Голем

Ненависть. Ненависть это самое искреннее чувство из всех доступных для человека. Любовь пройдёт, голод рано или поздно стихнет, а радость поглотят серые будни. Но не ненависть. Сколько бы времени не прошло, она останется с тобой. Рано или поздно ненависть сожрёт твоё нутро, изничтожит человечность, перемолет в труху все твои былые мечты и надежды, оставив тебя ни с чем. И ты знаешь это. Ты понимаешь это каждым нейроном своего мозга, но ничего поделать с этим не можешь. Потому что все, что у тебя есть – это ненависть.
У тебя нет свободы воли, нет контроля над своим телом- ведь твоего тела больше нет, и у тебя отсутствует возможность прервать свои страдания. Ты- лишь резервуар с мозгами, заменяющий вычислительный центр машины.
Остальным заключённым высокого класса опасности оставляют хотя бы верх головы – глаза да скальп. Но не тебе. Ты особенный случай. В прошлой жизни все сложилось таким образом, что тебе довелось быть главным научным сотрудником НИИ Автоматизации и Рем.Роб.Контроля. Благодаря тесному сотрудничеству с НИИ Слизи и твоим неординарным методам исследования ты делал большие успехи в создании протезов и роботизации. Именно твоими руками был создан чертёж той машины, что стала тюрьмой твоего разума.
Но обо всем по порядку. Самосбор. Ужасное явление, забирающее несчетное количество жизней каждый раз при своём появлении. Люди умирают, мутируют, развоплощаются- с ними может произойти буквально что угодно. Тоже самое касается и предметов, попавших под самосбор. Ковёр, сожравший всю семью, сводящий с ума тесак, требующий резни, противогаз-кукловод, управляющий тем, кто наденет его. Всё это не то, чтобы было особой редкостью, но тем не менее встречает нечасто. По крайней мере, недостаточно часто чтобы стать ужасной обыденностью.
Когда-нибудь у тебя возникнет вопрос : куда исчезают такие предметы в том случае если до них не добрались ликвидаторы?
Чёрный рынок. Он есть, был, и, скорее всего, будет всегда. Именно на изучении, извлечении полезных свойств, и применений их в массовых продуктах ты построил свою карьеру. Однажды так случилось, что тебе на стол попал человек, полностью состоящий из механических частей. Где-то ржавый дедушкин протез, а где-то совершенно новый современный бионический имплант. Но больше всего тебя заинтересовала голова : Мозг был помещён в биогель – вещество, что используется в трубках подачи бионета, и служил как вычислительный центр, что давало невероятный простор для развития потенциала использования заключённых. С помощью некоторых манипуляций с биогелем путем контролируемых мутаций можно было из любого умственно отсталого идиота сделать гения, а при помощи подавителя воли и личностного модуля этого свежеиспеченого гения стало возможно применять в сфере умственного труда без риска бунтов, срыва планов и суицидов. Идеальный учёный, который будет сотни лет работать на благо своего НИИ и Партии. В перспективе именно эти гении должны были сделать протезы не просто массовыми, а обязательными и, что естественно, доступными для всех. А позже все носители протезов обратились бы в мозги в банках, дабы создать идеальных рабочих, которым не нужен сон, неведома усталость и апатия. У таких рабочих не было бы ничего, кроме труда. Безошибочного, вечного, не останавливающегося ни на секунду, труда на благо партии.
Ты успел сделать чертёж и даже выпустить пробную партию машин, как к тебе пришли. Резиновый сапог обшитый железом больно бил в грудь, пока ты отчаянно верещал что это ошибка, что ты важный член партии и что их накажут. Как оказалось, не накажут. Начальство узнало о твоих медотах работы и они ему очень сильно не понравились. Тебя обвинили в предательстве, саботаже работы НИИ и сотрудничестве с сектантами. А после назначили высшую меру наказания. Увы, это была не смерть. “Программа оптимизации труда заключённых” – такое бесвкусное название получил проект твоей тюрьмы.
Когда-то ты считал, что личность заключённого стирается – увы, это не так. Тебя просто лишают контроля над собой. Тебе не остаётся ничего, кроме как наблюдать за происходящим, словно за программой по телевизору.
И вот ты здесь, внутри этого бионического кошмара. Ты давно перестал следить за временем – это произошло после сорока трех годовых циклов научной работы. Ты устал. Устал от бесконечных бумаг. Устал от одних и тех же лиц. Устал ненавидеть. Устал понимать, что сдался. Ты был бы рад сойти с ума, рад потеряться во времени и перестать осознавать себя, рад долго и мучительно умирать под ритуальными пытками сумасшедших культистов. Но этого всего не происходило. И не могло произойти- миниатюрный ядерный реактор будет обеспечивать корпус энергией ещё долгие столетия. А потом его заменят на тех обслуживании. Тебя ждала вечность. Вечность агонии разума, о которой никто и никогда не узнает.
Так было до одного дня. Впервые за длительное нахождение внутри машины, ты фокусируешь свой взгляд. Красный свет. Сирена. Твой мозг возбужден. Где-то слышен сжатый предместрный хрип. Ты и забыл, что можешь слышать. Тело поворачивается, дабы проанализировать обстановку. Огромные гермоворота НИИ сорваны с петель. На тебя несётся четырёх метровая биомасса, состоящая из тел слившихся воедино людей. Своими длинными непропорциональными руками, которые некогда являлись двумя ужасно растянутыми телами людей, оно роняет корпус на землю. Из его пасти с мерзким мокрым звуком на колбу с мутной жидкостью выпригивает Ужас. Существо похоже на мясного слизня с хоботком и короткими зубами-спицами по всему брюшку, которые втягиваются внутрь, а потом выбрасываются наружу резким спазмом тела.
Оно легко протыкает ударопрочное стекло своими шипами, после чего в твой мозг впивается склизкий хобот. Большое существо удалилось вглубь помещения, и, судя по хрусту, оно перемалывает своими лапами сотрудников НИИ.
А ты… Ты готовишься уйти на покой. Далеко не сразу тебе удаётся понять, что что-то не так. Ты жив. Ты ещё здесь. Тело шевелится. ТВОЁ тело шевелится. Рука сжимается. Ты сам встаёшь. Из твоих динамиков полных слизи раздаётся хриплый смех. Контроль сознания рассчитан на сдерживание лишь одной личности. И он контролирует. Контролирует тварь. С трудом ты делаешь свои первые шаги. Ты бы разучился ходить, если бы корпусу не приходилось ежедневно посещать начальство и получать план работы.
И вот ты идёшь. Сам. Ты идёшь к главному надсмоторщику, что лежит в четырёх метрах от тебя. К сожалению, он умрёт раньше, чем ты сможешь отомстить – нижняя половина туловища придавлена гермодверью, а сам он кашляет кровью дыша фиолетовым туманом.
Надсмоторщик смотрит на тебя с мольбой в глазах. Если бы ты мог, ты бы улыбнулся. Ты тянешь к нему свои руки. Крик. Он длился всего пару секунд, но, кажется, прошла целая вечность.
Ты стоишь у выхода из тюремного блока заключённых особого класса опасности при НИИ Робототехники с оторваным лицом своего старого смотрителя. У тебя нет идей, касательно того, что делать дальше. Но у тебя есть ненависть. Ненависть ко всем, кому повезло больше.
В небольшой столовой при НИИ ты находишь все необходимое для мести – ржавый тесак и нож, запачканый в слизи. Внимательно прислушиваясь к окружению, в какафонии криков и вое чудовищ, ты слышишь всхлипы. Приглушенные всхлипы. Ты стучишься в гермодверь склада, очищаешь динамик от слизи, и громко заявляешь :
-Гражданин, мы проводим срочную эвакуацию персонала. Немедленно пройдите в общественное убежище!
Серьёзный тон сработал. А может, сработало то, что у тебя хреновый динамик, который по звучанию чем-то напоминает помехи противогаза. Плевать. Дверь распахнулась. Первая жертва, коей стал заплаканный грузный толстяк в спецовке, у тебя в руках.
Ты начинаешь тосковать по тому времени, когда у тебя было тело из плоти и крови. Когда у тебя были тактильные ощущения. Когда ты мог себе позволить боль.
Ты забираешь кожу недостойного и возвращаешь её себе. Никто не заслуживает этого так, как ты.
Самосбор проходит. Спустя какое-то время ты замечаешь, что кожа на тебе шевелится. Живая, прямо как и ты. Увы, совсем скоро она умрёт – не даром же она почернела. Пока ты думал, где взять замену, ты понял, чего хочешь. Ты хочешь мести.

Годичные циклы сменяют друг-друга один за одним. Ты обосновался там, куда ликвидаторы при всем желании попасть не смогут – нижние уровни канализации. Едкие выделения неизвестного происхождения растворяют плоть и озк лучше, чем вода сахар. Как хорошо, что твои металлические конечности не подвержены этому эффекту. Когда плоть на корпусе начинает отмирать, ты делаешь вылазку в жилые блоки. Помимо обновления туловища ты пополняешь свою Коллекцию Боли – в табакерке из белой кости собственного производства ты хранишь последний крик своей жертвы. Иногда ты вынимаешь оттуда первый (и самый ценный) элемент – Крик Надзирателя, и предаешься воспоминаниями об охоте, слушая по радио, настроенному на секретные частоты, как ликвидаторы обсуждают твои деяния.
Жизнь удалась.

Подписаться
Уведомление о
0 Комментарий
Inline Feedbacks
View all comments